__
Друг Пушкина, любимый, задушевный,
Всех знаменитостей тогдашних был он друг,
Умом его беседы увлеченный,
Кругом умов теснился круг.__
Это он был масоном и членом Северного общества декабристов, но к счастью для себя находился во время восстания за границей. Это он «в Риме был бы Брут, в Афинах Периклес, а здесь он – офицер гусарский». Это к нему обращался Пушкин: «Товарищ, верь, взойдет она, звезда пленительного счастья». Это его считают одним из возможных прообразов Чацкого. Через годы выяснится, что литературный герой предсказал судьбу прототипа: после публикации первого же из «Философических писем» Чаадаева его объявили сумасшедшим.
Осип Мандельштам очень точно заметил: «Чаадаев был первым русским, в самом деле, идейно, побывавшим на Западе и нашедшим дорогу обратно». Поставив вопрос об историческом пути России, он оказал огромное влияние на развитие русской философии. Западник Чаадаев фактически инициировал полемику западников и славянофилов, что существенно обогатило духовную жизнь России в середине XIX века. А на все упреки в том, что Россия ему чужда и он не любит родину и дурно о ней отзывается, Чаадаев отвечал афористично: «Слава богу, я всегда любил свое отечество в его интересах, а не в своих собственных».
__Будьте в курсе ключевых исторических событий вместе с проектом __Международная Историческая Инициатива